Сталин и современная Россия

В ХХ веке большевизм привёл наш народ к самоистреблению, демографической и духовной катастрофе. Доктрина и практика партии Ленина-Сталина унесли миллионы человеческих жизней. Речь идёт не об «антисоветской пропаганде», не о создании нового мифа, а о признании бесспорного исторического факта в год 100-летия Октябрьского переворота.

Захват власти ленинской партией ради осуществления коммунистической утопии в мировом масштабе положил начало национальной трагедии России несравнимой ни с одним иноземным нашествием. Полёт в космос, всеобщее среднее образование, кинематограф и балет, бесплатные медицина и учёба молодёжи в высших учебных заведениях, пионерские лагеря и организация детского досуга, фиктивное имущественное равенство, индустриализация и атомная энергетика, международное влияние и сталинская державность — меркнут при честном обсуждении вопроса о цене советских достижений.

Главным итогом существования большевистской власти стали чудовищные людские потери. Наглядно это выразилось в раскрестьянивании огромной страны и деградации русской деревни, чьё пьяное бессилие стало очевидным к концу 1970-х годов.

Александр Солженицын справедливо заявил, что Россия проиграла ХХ век. Невосполнима утрата обществом огромных человеческих ресурсов: интеллектуальных, творческих и хозяйственных.

I. Общие потери погибшими в годы гражданской войны (1917–1920), в первую очередь, в результате ухудшения общих условий жизни под влиянием ленинских экспериментов, составили не менее 7,5 млн. человек. В эту же цифру включены жертвы террора, вооружённой борьбы и бандитизма. Некоторые специалисты называли и более высокие оценки, исходя из разницы в численности населения на 1917 и 1920-1922 годы.

Дискуссия об их уточнении продолжается.

II. Голод 1921-22 годов стал не только результатом климатической засухи в Поволжье, но и прямым следствием крушения отечественного сельского хозяйства раздавленного политикой «военного коммунизма». Запрет «буржуйской» торговли, в соответствии с марксистской теорией, ограбление деревни ленинскими продотрядами, уничтожение свободного предпринимательства привело к сокращению посевных площадей и разрушению продовольственной безопасности России. Голод был и в царской России, но показатели голодной смертности в ленинском государстве выглядели аномальными. При Александре III в 1891-1892 годах от голода и сопутствовавшей ему холеры погибли примерно 375 тыс. человек. От голода 1921-22 годов по оценкам специалистов-демографов Российской Академии наук (РАН) — более 4,5 млн.

При этом Ленин даже при введении новой экономической политики, способствовавшей оживлению замученной страны, не собирался осуждать практику «военного коммунизма». Выступая на IX съезде Советов в декабре 1921 года, вождь коммунистов заявил, что опыт, приобретённый партией в 1918-1920 годах, «был великолепен, высок, величественен, имел всемирное значение».

III. Политика Ленина-Сталина предполагала неустанную борьбу с реальными противниками большевистской власти и вымышленными «врагами народа», на которых сваливали ответственность за тяготы и нищету жизни в социалистическом государстве. Истреблению подлежали не только те, кто в любой форме сопротивлялся коммунистической партии, но и те, кто мог бы стать её потенциальным противником в будущем.

Подлинная катастрофа постигла Православную Российскую Церковь.

К 1917 году в России насчитывались 146 тыс. православных священнослужителей и монашествующих, действовали почти 56 тыс. приходов, более 67 тыс. церквей и часовен. В 1917-1939 годах из 146 тыс. священнослужителей и монашествующих большевики уничтожили более 120 тыс., в абсолютном большинстве — в 1930-е годы при Сталине. К осени 1939 года в Советском Союзе оставались действующими лишь от 150 до 300 православных приходов и не более 350 храмов. К 1941 году общее количество священников и диаконов, находившихся на свободе, составляло всего лишь 6 376 человек, живших преимущественно в западных областях, присоединённых к СССР в 1939-1940 годах. В РСФСР церковная жизнь практически умерла, и за первые 23 года советской власти большевикам — при равнодушии огромного большинства православного, по крещению, населения — удалось почти полностью уничтожить самую крупную поместную Православную Церковь в мире.

В царской России применялась смертная казнь. Однако в Российской империи за 37 лет (1875-1912) по всем составам, включая тяжкие уголовные преступления, а также приговоры военно-полевых и военно-окружных судов, были казнены не более 6 000 человек (в среднем – 162 казни в год).

В СССР за 30 лет (период 1923–1953) только по политическим мотивам большевики расстреляли более 750 000 человек (в среднем – более 25 тыс. казней в год по политическим обвинениям). Наибольшее количество расстрелов «врагов народа» (более 680 000, преимущественно крестьян и колхозников) состоялось во время «ежовщины» (1937-1938). Настоящие данные приведены в официальных документах МВД СССР 1953 года. Есть основания полагать, что сведения МВД занижены, особенно по расстрелам начала 1930-х годов в период коллективизации, но другой статистики в распоряжении исследователей пока нет. Цифры расстрелянных по уголовным преступлениям за 1923-1953 годы неизвестны.

Проблема заключалась в том, что террор органов ОГПУ-НКВД не приводил к ликвидации потенциальных «врагов народа». К марту 1941 года на учёте «антисоветских элементов» в органах госбезопасности СССР продолжали числиться более 1,2 млн. человек.

IV. Сталинская коллективизация первой половины 1930-х годов стала народной бедой. Принудительная колхозная система была неэффективна, малопроизводительна и разрушительна по своим последствиями для деревни. Оплата тяжёлого физического труда по «трудодням» зачастую носила фиктивный или символический характер. Но зато колхозы позволили коммунистической партии удержать политическую власть и сохранить господствующее положение в стране, в которой большинство населения в 1930-е годы составляли закрепощённые хлеборобы.

Большевики раскулачили примерно 1 миллион крестьянских хозяйств (5–6 млн. человек), а за 10 предвоенных лет высылкам из родных мест подверглись около 4 миллионов человек. За период с 1930 по 1940 годы в пути на этапах «кулацкой ссылки» и в отдалённых местах спецпосёлков — непригодных для человеческой жизни — от лишений, мороза, голода, болезней и произвола охраны, в побегах погибли не менее миллиона раскулаченных крестьян и членов их семей.

V. В ответ на коллективизацию и раскулачивание деревня ответила власти отчаянным сопротивлением и саботажем колхозного строительства. Чтобы сломать сопротивление, Сталин и члены Политбюро ЦК ВКП(б) в конце 1932 года санкционировали проведение тотальных хлебозаготовок. На Украине, Средней и Нижней Волге, Дону и Кубани, в Западной Сибири советский и партийный актив выметал хлеб «под метёлку». Жестоко пострадали кочевники-скотоводы Казахстана.

В результате сталинской политики зимой 1933 года в перечисленных регионах СССР начался искусственный мор: без войн, засухи и стихийных бедствий в стране голодали 25-30 млн. человек. При этом Голодомор фактически стал государственной тайной.

22 января 1933 года Сталин подписал директиву, запрещавшую выезд населения из поражённых голодом районов. По его заявлению, стихийную крестьянскую миграцию организовали эсеры и польские агенты для ведения антиколхозной и антисоветской агитации. В итоге, мучительной смертью от голода погибли не менее 6,5 млн. человек. Государственная Дума РФ официально признала гибель «около 7 миллионов человек» лишь в 2008 году.

VI. В царской России смертность заключённых в местах лишения свободы за 30 лет — с 1885 по 1915 годы — составила 126 000 человек. При этом в силу технического прогресса, совершенствования медицины и общественных усилий предполагалось, что в перспективе смертность заключённых должна снижаться, а режим содержания становиться мягче. Однако на следствии, этапах, в тюрьмах, колониях и лагерях СССР за 30 лет — с 1923 по 1953 годы — погибли не менее 1,7 млн. человек, если исходить из официальной статистики ГУЛАГа. В неё не включались, например, так называемые «сактированные» заключённые, то есть списанные по акту. Администрация разных лагерей, чтобы не портить итоговые показатели, практиковала освобождение заключённых-доходяг, которые умирали прямо за лагерными воротами — формально уже на свободе — и поэтому не показывала их смертность в отчётах. Вопрос о количестве советских заключённых, погибших в местах лишения свободы, требует дальнейшего изучения, и, скорее всего, статистика смертности окажется ещё более высокой.

VII. Вторая мировая война, ставшая во многом не только результатом амбиций Гитлера, но и следствием сталинской политики, оказалась самой тяжёлой народной бедой. В 1939-1940 годах Сталин не только установил общую государственную границу с нацистской Германией, но, по откровенному признанию наркома иностранных дел Молотова, гарантировал гитлеровскому Рейху «спокойную уверенность на Востоке» для ведения успешной войны в Европе. Тем самым Гитлер получил время и возможности для подготовки нападения на СССР летом 1941 года.

Война, в которой, по образному выражению писателя-фронтовика Виктора Астафьева, Сталин и Жуков «сожгли в огне войны русский народ и Россию», довела народное горе до крайности. «России попросту не стало. Страшно произносить, но страна-победительница исчезла, самоуничтожилась, и этому исчезновению и самоуничтожению и продолжающемуся неумолимому самоистреблению шибко помогли наши блистательные вожди, начиная со Сталина, — писал Астафьев. — Только преступники могли так сорить своим народом! Только недруги могли так руководить армией во время боевых действий, только подонки могли держать армию в страхе и подозрении». Жертвы нашего народа во Второй мировой войне, включая советско-польскую 1939 года и советско-финляндскую 1939-1940 годов, округлённо оцениваются в 27 млн. человек, в том числе более 17 млн. — мужчины в возрастах от 15 до 59 лет.

VIII. Голод 1947 года и вооружённая борьба с повстанцами в западных областях СССР унесли жизни не менее миллиона человек. По ряду категорий смертности оценки отсутствуют. Например, нам неизвестно, сколько погибло колхозников по СССР в результате голода, тяжёлых условий труда и быта в сталинских колхозах в 1930-1931, 1934-1940, 1946, 1948-1952 годах. Противоречивы оценки избыточной смертности в местах спецпоселений среди раскулаченных и депортированных народов в 1946-1952 годах. Трудно оценить, сколько человек стали жертвами внесудебных расправ при подавлении антиколхозных восстаний в 1930-1932 годах и в других подобных ситуациях. Отсутствуют обобщённые оценки избыточной смертности на объектах и стройках сталинской индустриализации, не входивших в систему ГУЛАГа.

Однако общий порядок цифр вполне представим. В сумме за первые 35 лет большевистской власти — с конца 1917 года и по весну 1953 года — в нашей стране погибли не менее 50 млн. человек, преимущественно мужчин. Ещё примерно 1,5 млн. человек оказались в эмиграции («первая» и «вторая» волны), и они тоже оказались потеряны для общества. Абсолютно большая часть потерь — около 38 млн. — это демографические потери сталинского периода. Ни в качественном, ни в количественном отношениях восполнить их невозможно.

По сравнению с физическим опустошением страны не менее разрушительные последствия имело опустошение духовно-нравственное, привнесённое в общество при Сталине принудительным лицемерием. Каждодневная и обязательная ложь, быстро входившие в привычку двоемыслие и цинизм, искусственный энтузиазм, демонстрация «общественно-полезной», но насквозь фальшивой активности разрушали дух и душу не менее, чем бытовая нищета, страх и подневольный труд.

Ленин отнял у людей свободу слова. Сталин — свободу молчания, которое расценивалось властью как скрытое неучастие и неодобрение. С человека не просто снимали последние штаны. В частушках пели: «Брюхо голо, лапти в клетку — выполняем пятилетку!» «Широка страна моя родная, много тюрем в ней и лагерей, я другой такой страны не знаю, где б так сильно мучили людей». Власть требовала, чтобы последние штаны человек снимал с себя самостоятельно — и непременно с восторгом и энтузиазмом. Отсутствие восторга и энтузиазма вызывали подозрение.

Сталин призывал советских людей на «трудовую вахту», «в ряды борцов за выполнение плана», «ликвидацию прорывов», к «большевистской бдительности», «к отпору вражеским выпадам и вылазкам». Человек учился «разоблачать замаскировавшихся врагов», «наймитов империалистических разведок», «взволнованно» одобрять «мудрые решения партии и правительства» и «героически жертвовать собой». Принуждение ко лжи превратилось в один из самых эффективных инструментов управления. Вождь СССР не просто грозил врагу уничтожением, он публично обещал «уничтожать весь его род, его семью». В 1801 году Александр I отменил пытки в России. Спустя 150 лет в сталинском государстве истязания арестованных выглядели так же буднично, как и колхозные «трудодни».

Тем не менее, в современной России Сталин превратился едва ли не в самую популярную историческую фигуру, строителя «великой державы» и «могущественной империи», не просуществовавшей, правда, и 40 лет после смерти своего создателя. При молчаливом одобрении и согласии властей памятники и бюсты Сталину устанавливаются в разных местах и населённых пунктах, сегодня их насчитывается уже более 30. В значительной степени Сталин превратился в символ «русского мира» и «духовных скреп», которые назойливо предлагаются соседям. Ни кровь, ни демографическая катастрофа, ни криминальное прошлое большевика Джугашвили в дореволюционной России не смущают ни власть, ни его крикливых поклонников, живущих в плену исторических мифов.

В учебниках по истории и лекциях Сталина часто пытаются представить в качестве противоречивой фигуры, но ничего противоречивого в нём нет. На протяжении всей своей политической карьеры Сталин решал единственную стратегическую задачу: удержание большевиками власти, которая была ими завоевана во время Октябрьского переворота и гражданской войны. Потеря власти означала угрозу личной безопасности — и не только для Сталина. Но его способность использовать подвластное и закрепощённое население в качестве удобрения для государственного величия сыграло с «отцом народов» злую шутку: в исторической перспективе силы и ресурсы русского народа оказались разрушены и опустошены сталинской политикой.

Современные споры о Сталине – это не столько полемика о прошлом, сколько дискуссия о будущем, о ценности человеческой жизни — и принципах здоровых отношений между властью и обществом. Понятно, что с образом «эффективного менеджера», которым сегодня пытаются представлять Сталина защитники СССР, ни о каком развитии России — социальном, экономическом, духовном и нравственном — не может идти речи. Психология осаждённой крепости ведёт к самоизоляции и абсолютному цивилизационному отставанию. Сталин и качество жизни несовместимы друг с другом. Включение «отца народов» в пантеон выдающихся деятелей отечественной истории будет вызывать лишь равнодушие окружающего мира или страх у наших соседей, и отталкивать их. Ещё большую угрозу для российского будущего представляет соблазн попытаться вновь воспользоваться сталинскими методами управления. Но нового «коллективного Сталина» российское общество не переживёт.

Поэтому никакого — и, в первую очередь, личного — согласия с новым приходом Сталина в русскую действительность быть не может. Мыслитель и философ Фёдор Степун искренне полагал, что за Сталиным стоял дьявол. Так это или нет, но, во всяком случае, сегодня непримиримая позиция в дискуссии о Сталине и сталинской власти представляется единственно возможной и оправданной.

Потому что это спор не о прошлом, а о будущем.

 

Доктор исторических наук Кирилл Александров

«Желябовы знают, что после смерти Царя жив царелюбивый дух в народе, боятся его: вот-вот он воспламенится в живую стихийную силу и сметёт своих поработителей, как зловонную пыль, а потому-то они и после убийства Царской Семьи упорно продолжают желябовщину: силятся убить самую мысль о Царе в сознании народа, и, увы, домогаются этого идейного цареубийства через глупых или безсовестных русских же людей».

Прот. Владимир Востоков. «Когда желябовы смеются - Россия плачет»

«Стальной» удар в спину России

В то время, как Русская армия в северном Причерноморье небезуспешно пытается исправить то, что натворила секта красной звезды, серпа и молота, нынешние её последователи продолжают восхвалять главаря той банды, из-за действий которой сегодня Россия и проводит Специальную военную операцию по демилитаризации и денацификации Украины, того самого «незалежного» недогосударства на русской земле, созданного Ульяновым с партийной кличкой «Ленин» и Джугашвили с партийной кличкой «Сталин».

19 сентября в селе Никольское Данковского района Липецкой области последователи данной религиозной секты открыли памятник человеку, который говорил: «История старой России состояла, между прочим, в том, что её непрерывно били за отсталость. Били монгольские ханы. Били турецкие беки. Били шведские феодалы. Били польско‑литовские паны. Били англо‑французские капиталисты. Били японские бароны». А как бил русский солдат этих самых монгольских ханов, турецких беков, шведских феодалов, польско-литовских панов и прочих, для недоучившихся невежд и полностью игнорирующих историю чужой страны, в которой они захватили власть, всё перевернули, сделали страх, насилие и ложь главными механизмами своей преступной политики, абсолютно неважно.

Фото: Липецкое региональное отделение КПРФ

Открыли памятник человеку, проводившему насильственную украинизацию русских территорий, и именно тех территорий, которые всегда оставались русскими в отличие от так называемой Галичины (западные регионы пока ещё Украины). Если это не удар в спину нашим бойцам, восстанавливающим историческую справедливость, то что?

Фото: Липецкое региональное отделение КПРФ

На постаменте написана всего лишь партийная кличка «Сталин», как столб с надписью языческого идола Перуна. Скажите, у этого столь уважаемого вами человека были имя, отчество, фамилия, годы рождения и смерти? Или вы убеждены в том, что людям достаточно знать только те прозвища и псевдонимы, которые утверждены ими самими и высшей кастой секты (Политбюро), и верить только тому, что они изрекают на съездах?

Вот и получается, что коммунистическая партия - религиозная секта, по всем признакам.

Россия создана как православное государство, и все победы всегда одерживала под стягом Спаса Нерукотворного и со знамением Креста. А не была битой всеми подряд на протяжении без малого тысячи лет и сумевшей занять 1/7 часть суши.

О последствиях отказа от истории своей страны

Когда читаешь архивные документы о преступлениях большевистского режима, не можешь отделаться от мысли, что речь идёт о геноциде русского народа. Ведь уничтожались целые слои, сословия, прежде всего, те, кто был или в потенции мог стать носителем идеи Святой Руси, православной державности. Ведь в след за духовенством, казачеством, офицерством, чиновничеством в конце 1920-х - начале 1930-х годов удар обрушился и на крестьянство. Массово уничтожались люди, которые в силу своих убеждений или даже привычки, традиции не могли принять идеи «социалистического рая». Те же, кому разрешили жить, должны были забыть прошлое, отказаться от него. То есть отказаться от исторической России, от своей Родины, принять условия строительства нового государства - родом из Октября. Поэтому всё, что было связано с Россией, её верой, историей и символикой, должно было стать ненавистно не только большевикам, но и всему выжившему населению. 8 апреля 1918 года по инициативе Свердлова был упразднён национальный русский бело-сине-красный флаг, утверждённый в качестве государственного Императором Николаем II в начале 1-й мировой войны. Вместо него было введено красное полотнище с оккультными символами: пентаграммой и молотом. Известный оккультист ХХ в. Э. Леви (псевдоним А.-Л. Констана) писал по поводу пентаграммы (красной звезды), что она заключает в себе «все тайны магии, символы гностицизма, фигуры оккультизма, все ключи каббалы. Знак этот самый великий, самый могущественный из всех знаков. Кто не признаёт знамение креста, тот трепещет при виде звезды микрокосма».

Л. П. Решетников. «Вернуться в Россию»

О природе ельцинизма

В основе ельцинизма как реальной системы лежали социал-дарвинизм+тэтчеризм (см. мою статью о нем)+русофобия либеральной (с уклоном в этнолиберальную) интеллигенции. В рамках этого подхода русский народ рассматривался не как жертва коммунизма, которую нужно спокойно лечить и помогать восстанавливать силы, а как стадо бесноватых, которое необходимо прочистить «40 годами пустыни» от всех «неприспособленных к рынку». При этом не предполагалось никакого механизма освоения инструментов рыночной экономики, кроме как «вытащим на глубину, и поплывет, а кто утонет, сам виноват» (меня так пытались учить плавать в детстве, я чуть не утонул, и отношение к этому методу у меня - глубокая ненависть).

Базовый принцип консерватизма - сохранение понимания условий, правил игры, сохранение базового знания о мире. Принцип ельцинских реформаторов был противоположный - полная непознаваемость социума (в том числе и для себя самих), мутная водичка, в которой ловится золотая рыбка. При этом важнее всего то, что поддерживавшему Ельцина политическому и медиасообществу, этакой коллективной Алле Боссарт - совокупности евреев, новиопов и патентованной выруси, русских вообще не было жалко. Они смотрели на русских как на расходный материал (слово «материал» вообще было одной из любимых категорий их политанализа, например, «неприятие рыночных реформ» - это «сопротивление материала»). Они презирали простых людей до последней степени, до формулировок, что шахтеры - бездельники. «Шахтеры – бездельники», попробуйте эти слова на вкус (борьба с шахтерами, кстати, тоже аспект имитативного тэтчеризма).

Что общество - это структура солидарности, а не конкуренции, в соответствии с догматами тэтчеризма, игнорировалось полностью. Тэтчеризм - это, напомню, убийца британского социального консерватизма.

Но и честной конкуренции ельцинизм не предполагал. Не было предпринято даже попыток отстроить сильное государство, которое задавит бандитов, рэкетиров и мошенников, даст свободным экономическим субъектам свободно конкурировать по единым правилам. В основе ельцинизма лежала борьба без правил.

Понятно, что сегодняшний неоельцинизм носит реактивный характер. Во-первых, на неокоммунизм и неосталинизм. Во-вторых, на запретунство и угрюмбурчеевщину, на сформировавшееся у нас общество казённой лжи. В-третьих, на разбойничий неофеодализм, так ярко показавший себя в плёсском деле, к примеру. Однако не забудем, что неосоветизм и неосталинизм тоже были реактивными, выросли из неприятия ельцинизма и разрослись в нынешнее чудовище.

Можно себе представить какое чудовище вырастет из реактивного неоельцинизма, если он будет развиваться так же, как реактивный неосталинизм.

Егор Холмогоров

Прогноз Ивана Солоневича

«...И бывшая Святая Русь в октябре 2017 года будет праздновать столетний юбилей взятия Зимнего Дворца— и никакой историк не посмеет сказать о 60 миллионов убитых и замученных русских людей, ибо у власти будут сидеть наследники убийств и убийц. Что к этому времени останется от бывшей Святой Руси— для наследников банды будет так же безразлично, как сегодняшним политическим наследникам Конвента совершенно безразлично, что осталось от Франции и что останется».

Солоневич И. Л. «Миф о Николае -2 Наша страна 20 век — Москва»

О сходстве и различии революций

Современные необольшевики, красные инфоцыгане, бесконечные гоблины и захары рассказывают нам, что масштабы репрессий преувеличены или что в СССР зря никого не расстреливали. Исключительно врагов революции. Или, как говорит товарищ Гоблин, «низкокачественный человеческий материал». На сайте КПРФ висит информация о том, что 1937 год был годом великих свершений. Продразвёрстка, классовые чистки, подавление крестьянских восстаний, красный террор – всё это объясняется необходимостью и целесообразностью. Всё ведь было ради дела. Ради защиты революции. То есть априори защита революции считается хорошим делом. Что к власти пришли однозначно хорошие люди.

Можно попробовать сравнить это с тем, очевидцами чего мы являемся сегодня.

Сирия, например. Российская империя была не идеальным государством, в идеальных революции не случаются. В Сирии тоже было далеко не идеальное государство, с огромным количеством проблем и чудовищным уровнем коррупции. Понятно, какие события привели к гражданской войне и, в итоге, к свержению Асада. К власти приходят боевики ИГИЛ, Джабхат ан-Нусры и прочих многочисленных исламистских группировок. Среди них немало людей, принадлежащих к городской интеллигенции, к так называемому креативному классу. В результате гражданской войны они оказались частью исламистского движения. И что они начинают делать, придя к власти? Массово режут алавитов, христиан, проводят этнические и религиозные чистки среди сторонников Асада. Заходят в алавитские посёлки, убивают взрослых, насилуют детей, угоняют их в рабство, дербанят имущество между членами банды. Убивают бывших чиновников асадовской власти. А ради чего? Ну, конечно, ради дела защиты молодого демократического государства. Ради спасения революции. Алавиты и сторонники Асада явные контрреволюционеры.

То же самое происходило в России после победы большевиков. Кто против революции – вставай к стенке. Буржуй, денег много, студент, офицер? Так однозначно контра. В ставку к Духонину его!

Или вот Майдан, Украина. 2014 год. К власти приходят неонацисты, всё тот же самый городской креативный класс, местные либералы из выкормышей Сороса, чиновники, что вовремя переобулись. По соотношению бунтующей городской интеллигенции с откровенными боевиками во власти, Украина больше похожа на послереволюционную Россию 1917 года. Как после февраля, так, тем более, и после октября. Что делают пришедшие к власти демократические революционеры с хорошими лицами? Конечно, защищают свою прекрасную демократическую революцию. Людей в Одессе сжигают. Славянск расстреливают из артиллерии. Луганск бомбят. Ржут над умирающей женщиной: «ха-ха, самке колорадо оторвало ножки».

Скажите, чем это отличается от зверского подавления Тамбовского восстания Красной армией? Чем это отличается от этнических чисток, которые устроил верный большевик Сафаров в Туркестанском крае, физически изводя местное русское население? Чем глумление над жертвами 2 мая в Доме профсоюзов в Одессе отличается от частушек про баржу: «плывёт баржа, круги кольцами, будем рыбу мы кормить добровольцами»?
Ничем. Всё то же самое. И ради чего? Ради великого дела революции, ради великого светлого будущего детей и правильных людей.

И вот теперь представьте на секунду. Мы знаем нашу беглую оппозицию, от навальнистов до деколонизаторов, от творцов с канала «Дождь» до полоумных городских активистов. Представьте, что все вот эти люди пришли к власти. Как в Сирии. Или как на Украине. Вся вот эта плесень начинает определять, кого расстрелять ради дела революции, а кого нет. Чем дурачок Яшин отличается по своему настрою от какой-нибудь Розалии Землячки? Мы ведь бесконечно слышали от наших оппозиционеров: придём к власти, за всеми разберёмся, до каждого доберёмся, будут позитивные люстрации. Когда революционные банды Масанчи и Джангильдина зверствовали в Туркестанском крае и городе Верный, насилуя детей обоих полов и убивая взрослых просто ради развлечения, то это мало отличалось от того, что творил «Азов» в русском Мариуполе.

Вот примерно то же самое, что сейчас творится в Сирии и на Украине, происходило в России при большевиках. Это то, что хотят устроить в России сейчас западные структуры, раскачивая ситуацию через инфовоенные операции. Новый 1917 год.

Кстати, замечу между делом, что про низкокачественный человеческий материал одинаково охотно рассуждают наши беглые либералы и наши необольшевики. Опять же, как в 17 году, смычка левых и либералов. Ничего не меняется.

Что это такое - дело защиты революции, определяется тем, кто революцию замутил. В Сирии защита революции – это уничтоженные поселения алавитов. В России это Бутовский полигон и Беломорканал. Но всё, конечно, ради хорошего дела, светлой мечты. Ради такого можно и не один расстрельный полигон устроить.

Андрей Медведев

Глупость или заказуха?

(О «православном сталинизме»)

Никогда не собирался что-то писать о так называемом «православном сталинизме» – не только из чувства брезгливости, но и просто из-за отсутствия необходимости обращать внимание на мелкую секту околоцерковных совков, обречённых на скорое вымирание. И сейчас я немного напишу вовсе не о них – они не заслуживают внимания, а как показательный пример откровенного идиотизма, на котором основаны мифы сталинистов. Часто складывается впечатление, что мы сталкиваемся здесь, в первую очередь, с умственной и моральной неадекватностью, которая приобретает форму сталинизма, хотя могла бы выразиться и в более явной клинической форме. Но это ещё не всё. Часто возникает и подозрение, что так называемый «православный сталинизм» не является убеждением, а проплаченной заказной пропагандой. (Естественно, само это выражение можно употреблять только в кавычках, поскольку сталинизм – это светская форма сатанизма и «православным» не может быть по определению.) Один показательный пример стоит рассмотреть.

Известный орган упомянутой секты недовымерших совков с рабским сознанием, которые считают себя «православными», сайт РНЛ усердно отрабатывает свои 30 сребреников и занимается ресоветизацией под видом якобы «православного сайта». Для создания видимости «свободной дискуссии» недавно он опубликовал статьи Евгения Вертлиба «Императив православной историософии» и «Катехон или имитация?». В них автор просто напомнил элементарный и очевидный для всякого адекватного человека факт: «нет оснований наделять сталинизм, созданный богоборцами, качеством святого мессианства. Это богословский оксюморон: система, системно уничтожавшая Церковь, не может быть Катехоном по определению». Тексты Е. Вертлиба были опубликованы только для того, чтобы гл. ред. этого сайта Степанов написал на них свои возражения – настолько идиотские, что просто не удержишься от соблазна их прокомментировать. Они демонстрируют тот запредельный уровень глупости и лживости, на котором основан так называемый «православный сталинизм». Вот лишь некоторые особо показательные.

Главный тезис антихристианской секты «православных сталинистов (сатанистов)»: «Катехоном является не православная Монархия-Империя, но сам принцип миродержательной Империи, каковой была и Советская Империя». Во-первых, Катехоном является не какой-то умозрительный «принцип», а конкретное государство – православная Монархия-Империя. После 1917 г., а точнее, с момента ритуального убийства сатанистами Св. Царской Семьи государства-Катехона не существует как такового. Можно условно считать теперь «катехоном» сам православный народ, не до конца уничтоженный большевиками, но это уже сфера теологуменов (частных мнений), а в строго богословском смысле Катехона сейчас нет. Это является одним из чётких признаков скоро грядущего Антихриста. Но даже если и считать «катехоном» православный народ, уничтожавшийся атеистическим режимом в СССР, то считать само антихристианское государство СССР якобы «катехоном» – это уже граничит с клиническим идиотизмом.

Во-вторых, СССР не был империей, а лишь паразитировал на имперской территории, которая досталась ему от Империи, но потом развалил её. СССР угробил Империю. Тем более, СССР не был и «миродержательным»; это был проект Запада по уничтожению России изнутри, который почти удался.

А вот пример лицемерного софизма (т. е. ложного умозаключения), которым стандартно пользуются члены этой секты: «Запад открыто бросает вызов Христовой Церкви, открыто становится сатанинской цивилизацией. Получается, что наступление сатанизма на Западе сдерживал СССР». Первой в мире «открыто сатанинской цивилизацией» был СССР: именно для этого Уолл-Стрит и привёл к власти большевиков и не дал победить Белому движению – ополчению русского народа. Именно в СССР раньше всех в мире были разрешены аборты и разводы, и вся нравственность, доставшаяся от христианских времён, в ХХ веке разрушалась в СССР намного раньше и быстрее, чем на Западе. Т. е. в период существования СССР наступление сатанизма на остальной мiр сдерживал как раз Запад, который создал СССР для разрушения России, но не позволил этой заразе дальше распространиться по миру. Нынешнему наступлению сатанизма на Западе предшествовало наступление сатанизма в СССР.

А вот миф, в котором ложь становится уже вообще запредельной: «Ленин с Троцким как раз заново собрали распадавшуюся Империю, а Сталин её окончательно восстановил на прежних принципах, закамуфлированных под коммунистическую риторику». Ленин с Троцким добили Империю, которая до захвата ими власти вовсе не распадалась и не распалась бы. Империя стала разваливаться сразу после захвата власти большевиками – из неё побежали все, кто мог, включая казачьи чисто русские области. (Потом развал России по модели 1918 г. большевики успешно повторили в 1991). Даже слабое Временное правительство довело бы Россию до победы в войне в составе Антанты, которая была неизбежна уже по итогам 1916 г. (это и стало толчком для начала Западом операции под названием «революция»). После этого границы Империи намного расширились бы, Второй мировой войны не было бы вообще, а народ с наибольшей вероятностью восстановил бы монархию.

Сталин не «восстановил империю», а создал на её территории страну по модели концлагеря (где за попытку побега – расстрел; всё население – рабы государства). Называть этот огромный концлагерь с непрерывным геноцидом под властью террористического режима «империей» могут только люди, которые вообще не понимают, что обозначается этим словом.

СССР частично восстановил власть над этими территориями (но не над всеми – без Польши и Финляндии и части Закавказья, которую подарили Турции), однако это было явлением временным. За 70 лет советской власти национальные окраины так возненавидели её, что перенесли эту ненависть с большевизма на саму Россию, которую воспринимали теперь как оккупанта (чего никогда не было в Российской Империи). Советский строй уничтожил на корню имперский проект России, и отпадение национальных окраин стало только делом времени. Это с неизбежностью и произошло в 1991 году – из СССР бежали все, кто мог. В 1992 г. едва не отделился Татарстан. Цепную реакцию развала теперь уже РФ не стали форсировать западные кураторы ельцинского режима по чисто прагматическим причинам – им совсем не улыбалось иметь хаос на территории ядерной державы. Но если по «логике» Степанова и его секты искать «принцип катехона», то таким условным ограничителем хаоса в европейской части света тогда вновь стал Запад в своих прагматических интересах. 1990-е годы – это ещё не «новая Россия», а фактически ещё часть советского периода: его итог в его окончательном разложении.

Е. Вертлиб напоминает абсолютно очевидный для любого вменяемого человека факт: «система, системно уничтожавшая Церковь, не может быть Катехоном по определению»; Степанов отвечает: «а разве императоры-иконоборцы в Византийской империи не уничтожали системно Церковь»? Это вообще «перл». Степанов рассуждает здесь так: эти убийцы не виноваты, потому что они ведь не одни такие, до них тоже были убийцы. И поэтому они даже не убийцы вовсе, а вообще почти святые. Такой «логикой» пользуются только пациенты дурдома, у нормальных людей она не встречается.

Сама эта якобы «историческая аналогия» у Степанова здесь абсолютно неадекватная, безграмотная и «притянутая за уши». Императоры-иконоборцы вовсе не уничтожали Церковь, а наоборот, искренне желали Её усилить. Они просто шли за большинством народа, который впал в ересь. Но ересь – это временная болезнь, а вовсе не уничтожение Церкви, тем более, системное. В то время, как в СССР уничтожение Церкви было вообще одной из главных целей этого первого в истории антихристианского государства – «сатанократии» (архим. Константин (Зайцев)), прообраза будущего царства Антихриста.

Наконец, это уже вообще за гранью: «новомученики не были борцами с советским режимом, они исповедовали Христа, за что их убивали или сажали в тюрьмы». На самом же деле, исповедание Христа – это и есть самая радикальная борьба с антихристианским советским режимом. А оправдание Степановым и его сектой этого режима, убившего миллионы христиан и почти уничтожившего Церковь – это уже реальный сатанизм. Новомученики не пытались уничтожить этот режим силой просто потому, что не имели такой возможности. Здесь речь вообще о другом: поскольку этот режим уничтожал людей именно за православную веру, это и есть сатанизм в действии.

Вопиющая глупость тезисов Степанова лично меня весьма смущает и заставляет сделать следующий вывод. Я неплохо знаю этого человека и много раз с ним общался. Свидетельствую, что он не является таким безнадёжным недоумком, не способным даже к простому логическому мышлению, как можно было бы сделать вывод из его приведённых «аргументов». Остаётся только сделать вывод о том, что его позиция не является убеждением, а является проплаченной «заказухой». Кем именно заказанной, я не знаю и знать не хочу. Но для чего заказанной, вполне очевидно. Режим ресоветизаторов России с преступной наивностью рассчитывает повысить свою легитимность за счёт «преемственности» с СССР и заодно «консолидировать народ». Однако результат будет обратным – легитимность «СССР-2» абсолютно нулевая, а неосоветизм раскалывает народ успешнее любой вражеской пропаганды.

Если это не становить, то нынешнюю РФ ждёт судьба СССР.

Виталий Даренский

️Такие разные гражданские войны. О национальном примирении

Считается, что гражданские войны отличаются особой ожесточенностью, на долгие годы отравляя общество токсичным ядом непримиримой вражды. Идеальные примеры — гражданские войны в России и Испании, где вот уже почти столетие, то остывая, то накаляясь, продолжает тлеть национальная междоусобица. До поры идейная, но по-прежнему бескомпромиссная.

Правда, есть пример и совершенно иного рода.

Гражданская война в США (1861—1865 гг.) до сих пор остается самым кровопролитным конфликтом в истории Америки. За четыре года противостояния погибло свыше 600 тыс. человек (более 2% всего тогдашнего населения), еще несколько сотен тысяч получили тяжелые ранения и увечья. Кроме того, оказались разрушены и сожжены сотни городов, населенных пунктов, ферм, плантаций, поместий и ранчо. Пришли тяжелые времена, а в некоторых местах наступил голод, экономика оказалась отброшена на несколько десятилетий назад. Словом, еще даже не отметившая столетия, только-только сформировавшаяся американская нация в полной мере вкусила все прелести и хрестоматийную жестокость междоусобной войны. Но, как ни странно, несмотря на все возможные аффекты, противоборства и безобразия, разность политических предпочтений, американская нация продемонстрировала зрелость и пластичность, не расколовшись, но оставшись, несмотря ни на что, монолитной. Поразительно, но внутри народа не возникло разрушительной ненависти. И этому есть множество подтверждений. Например, во время кровопролитной битвы при Геттисберге (американского аналога Бородино) бойцы и офицеры с обеих сторон открыто высказывали глубокое уважение, восхищение стойкостью и доблестью, проявлявшихся обеими сторонами. Этому факту есть множество свидетельств. Больше того, практически не было случаев преследования и какой-либо дискриминации родственников, оказавшихся на территориях, занятых противником. Так, семья командующего армией конфедератов Роберта Ли (как и семьи некоторых других конфедератов) всю войну спокойно и без проблем прожила в Арлингтоне, на территории Союза. После подписания генералом Робертом Ли в Аппоматтоксе 9 апреля 1865 года акта о капитуляции Северовирджинской армии он был с почетом (при оружии), под аплодисменты сотен солдат и офицеров северян отпущен к своей потрепанной, изнуренной и голодной армии, в дальнейшем почти не претерпев никакого поражения в правах и преследования, равно как и президент Конфедерации Дэвис, а также подавляющее большинство остальных реабилитированных участников войны, сражавшихся за южан. Война и гражданское противостояние завершились буквально по щелчку пальцев. А остающиеся и поныне реликтовые политические разногласия скорее носят музейно-краеведческий, а не экзистенциальный характер.

Забавно, но факт: именно проигравший войну Роберт Ли стал символом и самым популярным персонажем междоусобицы, причем и со стороны северян тоже. Да, что там, не кто иной, как генерал Ли почитается самым великим и гениальным американским полководцем в истории. Да и в целом в американской культуре генералы Юга — Ли, Джонстон и Джексон — всегда были значительно авторитетнее и популярнее генералов победителей, Севера — Гранта, Шермана, Шеридана, Маклеллана. Недаром в Америке до недавнего времени (до революции BLM) стояло множество памятников генералам Юга. Особенно много (больше двух десятков воздвигнутых в честь общенационального героя Роберта Ли). Сегодня большинство этих исторических монументов уже снесено под предлогом борьбы с оправданием расизма. Ведь и генерал Ли, и все эти славные герои сражались на стороне рабовладельческого Юга.

Мне довелось видеть несколько документальных фильмов, показывающих хронику очередных празднований окончания гражданской войны, последний раз широко отмечавшееся в 1938 году. Было трогательно и поучительно наблюдать, как в одном братском и торжественном строю, обнявшись, идут герои Севера и Юга спустя семь с лишним десятков лет после кровавых сражений на полях Фредериксберга, Шайло, Чикамауге, Геттисберга.

️Почему же в Америке национальное примирение после гражданской войны состоялось (причем сразу же, с последним выстрелом пушки), а у нас оно, что бы ни говорили, оказалось невозможным!?

Потому, что там, за океаном, это была война одной нации, точнее двух частей одного и того же молодого народа, придерживающегося одного символа веры, лишь незначительно отличавшихся взглядами на будущие контуры государства. Но ни те ни другие не отказывали друг другу в праве на патриотизм и на своё понимание свободы.

В России же все с самого начала было по-другому. По всем признакам это было нашествие чужаков (Aliens), расчеловечивших чернь и вызвавших из кромешных социальных глубин легионы маргинальных бесов. Чужаков, не понимавших и ненавидивших всё традиционно национальное, все русское: веру, язык, обычаи и устои. И тогда гражданская междоусобица обратилась национально-истребительным антихристовым походом, не имеющим ни окончания, ни срока давности, а стало быть, и неспособным завершиться примирением сторон. Потому что компромисс с коммунистами и необольшевиками, врагами Христовой веры и национальной России, исключен чисто теоретически. По крайней мере, до тех пор пока они продолжают исповедовать свою поистине сатанинскую человеконенавистническую ересь.

Илья Рябцев

О врагах христианства

Когда читаешь жития Новомучеников и Исповедников Российских ХХ века, не устаёшь удивляться тому, как же легко люди сдавали новой, оккупационной власти своих друзей, знакомых, родственников, теряя тем самым человеческий облик. И ведь ничего нигде не шевельнулось у стукачей, которые за тарелку баланды и скудный паёк информировали новую власть, что вот такой-то против советской власти, так как ходит в храм, призывает следовать его примеру и, следовательно, срывает план коллективизации и продразвёрстки.

Государственные преступники разрушили самое мощное государство, навязали псевдорелигию со своими «святынями» и «мощами», лукаво назвав это атеизмом, а простодушные люди не видят никакого противоречия между христианством и социализмом и всё ещё мечтают о восстановлении какого-то СССР или чего-либо в этом роде («всё у нас народное - всё у нас моё»), искренне верят, что государство, просуществовавшее 70 лет, было преемником Российской Империи и великим государством. А жрецы секты любителей брюха КПРФ не расстаются с мечтой запустить руку в чужие карманы и обогатиться за чужой счёт. Уберите своих истуканов с русской земли и не марайте кличками своих вурдалаков улицы русских городов!