Иван Ильин

Советский союз - не Россия

«Совѣтскій патріотизмъ» есть нѣчто извращённое и нелѣпое. Это есть патріотизмъ государственной формы. «Совѣтскій патріотъ» преданъ не своему настоящему Отечеству (Россіи) и не своему народу (русскому народу). Онъ преданъ той совѣтской формѣ, въ которой Россія страдаетъ и унижается вотъ уже 30 лѣтъ; онъ преданъ той партійно-коммунистической «Совѣтчинѣ», которая гнететъ и вымариваетъ русскій народъ съ самаго начала революціи. «Совѣтскій патріотъ» преданъ власти, а не родинѣ; режиму, а не народу; партіи, а не отечеству. Онъ преданъ международной диктатурѣ, поработившей его народъ страхомъ и голодомъ, открыто отмѣнившей его сущую русскость и запретившей народу называться своимъ славнымъ историческимъ именемъ...

Только наивные люди или же сознательные обманщики называютъ Совѣтскій Союзъ — Россіей, совѣтскій нажимъ и гнетъ — «русской политикой», совѣтскія международно-революціонныя интриги — «русской нелояльностью», совѣтскій шпіонажъ — «русской развѣдкой», совѣтскую манію величія — «русской заносчивостью», совѣтскіе территоріальные захваты — «русскимъ имперіализмомъ».

Совѣтскій Союзъ завладѣлъ русской національной территоріей и пользуется ею какъ своимъ земнымъ притономъ. Но это совсѣмъ не означаетъ, будто онъ принялъ русское территоріальное наслѣдіе, понимаетъ его смыслъ и его отвѣтственность и умѣетъ оберегать его. Русская государственная территорія есть для него не болѣе, чѣмъ поле для его коммунистическихъ опытовъ, которое онъ въ своемъ несытомъ властолюбіи стремится расширить на всю вселенную. Онъ не понимаетъ, что территоріи государствъ держатся ихъ взаимнымъ признаніемъ, что международныя отношенія покоятся на правѣ и на взаимномъ уваженіи, что презирающій чужія права будетъ однажды самъ лишенъ правъ, какъ это и случилось съ Гитлеромъ… Онъ не считается съ независимостью другихъ государствъ и съ самостоятельностью чужихъ территорій. Онъ вторгается въ чужіе предѣлы — и дипломатически, и подпольно злоупотребляетъ экстерриторіальностью своихъ нелояльныхъ дипломатовъ и попираетъ этимъ интересы національной Россіи: ибо онъ подрываетъ одной нелояльностью уваженіе другихъ государствъ къ русской національной территоріи и компрометируетъ наши территоріальныя права...

Что же касается завоеванія вселенной, то Россія никогда объ этомъ не помышляла и къ этому не стремилась. Она никогда не воображала, будто имѣетъ для всѣхъ народовъ единый «рецептъ счастья», единый соціально-политическій штампъ, который она призвана навязать имъ, или единую властно-спасающую религію. Въ Россіи никогда не было той безумной самоувѣренности, той демонической гордыни, которая присуща необразованнымъ или полуобразованнымъ большевикамъ. Намъ не нужна «міровая власть». Боже, избави насъ отъ нея! И когда русскіе цари боролись за доступъ къ морямъ, то они добивались только свободнаго выхода и входа въ свой собственный домъ. Огромная континентальная страна не можетъ обходиться безъ моря и мореплаванія; и знаменитый планъ Густава Адольфа — отодвинуть Россію отъ моря и предоставить ей задохнуться въ глубинѣ Азіатскаго континента — будетъ непріемлемъ для всякаго русскаго правительства, республиканскаго или монархическаго. Россіи необходимъ путь къ морю — и въ этомъ весь смыслъ такъ называемаго «русскаго имперіализма». Безумно и лживо приписывать Новгороду, Ивану ІІІ, Ивану ІѴ и Петру Великому совѣтоподобный имперіализмъ. Это есть великая историческая неправда.

Совѣтская власть не приняла государственнаго наслѣдія императорской Россіи. Это наслѣдіе состояло, во первыхъ, въ обширныхъ кадрахъ государственно мыслящаго, опытнаго и честнаго чиновничества; во вторыхъ, въ ясныхъ, зрѣло продуманныхъ, ищущихъ справедливости и чтущихъ личное начало законахъ; въ третьихъ, въ системѣ учрежденій, строившихъ русскую національную жизнь, особенно же въ первоклассномъ судѣ «скоромъ, гласномъ и справедливомъ». Все это достояніе вѣковъ и десятилѣтій погублено, поругано, отмѣнено и замѣнено поистинѣ кошмарными порядками...