Стена

На пути нашего развития в ХХ веке была возведена стена. Мы упёрлись в неё в конце ХХ века. Мы упёрлись в неё теперь, во время войны. Стена сложена из заблуждений, стереотипов, страстей и пороков, заменивших собой пространство порушенной русской культуры. Именно так – свободное пространство обернулось непроницаемым объёмом, стеной.

Теперь два слова о том, как это всё случилось.

Пересмотрите картины художника Ивана Владимирова первых лет после катастрофы 1917 года. Какие маргинальные типы заполнили русскую жизнь, как они себя вели, точнее – что себе позволяли. Какую разнузданную вакханалию устроили строители «нового мира» под руководством партии нового типа. Прибавим к этому ещё и голод. Постоянный изматывающий голод, возникший в стране, взорванной политикой военного коммунизма…

Так день за днём разрушался привычный (традиционный!) уклад жизни всех слоёв русского общества. К началу 60-х годов, после оккупационного по сути правления «собирателя земли русской» («собирателем» он стал в откровениях деятелей военно-исторического общества) русская жизнь лежала в руинах. И жизнь, и культура, и мирочувствие. Достаточно перечитать очерк Александра Яшина «Вологодская свадьба» — это что касается исчезнувшего деревенского уклада. Или повесть Юрия Трифонова «Дом на набережной», в которой прописаны человеческая «скудость и теснота» социалистической Москвы.

«…Неужто вы отрицаете тот факт, что язык — явление классовое?» - демагогически вещает один из героев Трифонова, типичный персонаж той эпохи. Один из тех, кто «хватает, хапает, нажирается, благоустраивается» и одновременно, где надо, щеголяет цитатами из МарксаЛенина.

Вот с каким культурным багажом мы упёрлись в непробиваемую стену деградации. Герои эпохи попытались сначала смягчить (перестройка), а потом резко изменить (эпоха либеральных реформ) источники своего цитирования. Но во всех случаях это была пустая риторика, прикрывающая неизменные навыки: «хватать, хапать, нажираться, благоустраиваться». Никаких других навыков и профессиональных компетенций у воспитанного в недрах советской системы номенклатурного слоя не оказалось. Уголовные дела посаженных уже во время нынешней войны российских генералов об этом красноречиво свидетельствуют.

Описанная ситуация рождает тысячи проблем в самых разных сферах. Но проблемой № 1 остаётся возведённая в годы строительства нового мира непробиваемая стена беспамятства и утопических абстракций. Попытки украсить эту стену сочинениями прилепинско-прохановского круга – дело пустое и безнадёжное. Важна атмосфера живой культуры, культуры национальной, русской; важно своеобразие ментальности. Важна свободная жизнь, а не мёртвые цитаты на вавилонских чертогах.

Стена беспамятства похоронила тысячи русских самородков, о неё разбились миллионы судеб… Но она продолжает стоять – уродливое, безжизненное творение русского отщепенства.

Феликс Разумовский