О природе ельцинизма

В основе ельцинизма как реальной системы лежали социал-дарвинизм+тэтчеризм (см. мою статью о нем)+русофобия либеральной (с уклоном в этнолиберальную) интеллигенции. В рамках этого подхода русский народ рассматривался не как жертва коммунизма, которую нужно спокойно лечить и помогать восстанавливать силы, а как стадо бесноватых, которое необходимо прочистить «40 годами пустыни» от всех «неприспособленных к рынку». При этом не предполагалось никакого механизма освоения инструментов рыночной экономики, кроме как «вытащим на глубину, и поплывет, а кто утонет, сам виноват» (меня так пытались учить плавать в детстве, я чуть не утонул, и отношение к этому методу у меня - глубокая ненависть).

Базовый принцип консерватизма - сохранение понимания условий, правил игры, сохранение базового знания о мире. Принцип ельцинских реформаторов был противоположный - полная непознаваемость социума (в том числе и для себя самих), мутная водичка, в которой ловится золотая рыбка. При этом важнее всего то, что поддерживавшему Ельцина политическому и медиасообществу, этакой коллективной Алле Боссарт - совокупности евреев, новиопов и патентованной выруси, русских вообще не было жалко. Они смотрели на русских как на расходный материал (слово «материал» вообще было одной из любимых категорий их политанализа, например, «неприятие рыночных реформ» - это «сопротивление материала»). Они презирали простых людей до последней степени, до формулировок, что шахтеры - бездельники. «Шахтеры – бездельники», попробуйте эти слова на вкус (борьба с шахтерами, кстати, тоже аспект имитативного тэтчеризма).

Что общество - это структура солидарности, а не конкуренции, в соответствии с догматами тэтчеризма, игнорировалось полностью. Тэтчеризм - это, напомню, убийца британского социального консерватизма.

Но и честной конкуренции ельцинизм не предполагал. Не было предпринято даже попыток отстроить сильное государство, которое задавит бандитов, рэкетиров и мошенников, даст свободным экономическим субъектам свободно конкурировать по единым правилам. В основе ельцинизма лежала борьба без правил.

Понятно, что сегодняшний неоельцинизм носит реактивный характер. Во-первых, на неокоммунизм и неосталинизм. Во-вторых, на запретунство и угрюмбурчеевщину, на сформировавшееся у нас общество казённой лжи. В-третьих, на разбойничий неофеодализм, так ярко показавший себя в плёсском деле, к примеру. Однако не забудем, что неосоветизм и неосталинизм тоже были реактивными, выросли из неприятия ельцинизма и разрослись в нынешнее чудовище.

Можно себе представить какое чудовище вырастет из реактивного неоельцинизма, если он будет развиваться так же, как реактивный неосталинизм.

Егор Холмогоров